- Жермена, вам не кажется...

- Тсс! Я знаю, о чем вы думаете, но я не привыкла ходить вокруг да около. Я уважаю устремления своего тела и не сдерживаю их.

Она принялась гладить его ноги, ее рука поднималась вверх.

- Вы, может, и растерялись, но от битвы не отказываетесь, - с удовлетворением сказала она.

Морис пытался выйти из ситуации так, чтобы не обидеть ее. Дело могло оказаться опасным. Через сестру она могла познакомиться с Марией-Терезой и навсегда испортить его отношения с женой, рассказав о девицах Варан. Он подтолкнул ее к кровати и рухнул рядом с ней. Ее рот жадно приник к его губам. Быстрые пальцы ловко расстегивали пуговицы. Морис сжал ее груди, решив как можно быстрее покончить с этим делом. Но стоило ее пальцам ухватить его восставшую плоть, как она воскликнула: "Я все сделаю сама!" Она тут же оседлала его... Она двигалась с таким неистовством и страстью, что Морису не оставалось ничего другого, как ухватиться за ее бедра. И хотя он не думал о наслаждении мгновением раньше, оно пришло, застав его врасплох. Реакция Жермены была невероятной. Она завертела головой из стороны в сторону, выгнулась и закричала. Потом они долго приходили в себя. Когда она отправилась в ванную, он попытался привести в порядок свои мысли. Эта женщина бросилась на него, почти изнасиловала, и он не остался недовольным.

Когда она вышла из ванной в своем розовом пеньюаре, то лучилась весельем.

- Я опоздала к парикмахеру, - сказала она. - До скорою. Быть может, встретимся на полчасика после обеда?

Она чмокнула его в щеку и исчезла.

"Ничего не понимаю, она, наверное, колдунья", - посмеиваясь, подумал Морис.

* * *

В последний день плавания он стоял на палубе, чтобы увидеть появление Нью-Йорка.

Буксиры вышли навстречу, чтобы отвести к причалу. На его руку легла ладонь Жермены де Маржевиль.

- Мне очень понравилось это путешествие, - улыбнулась она.